Душевного тепла и добрых мыслей

Душевные стихи о любви

«Я поняла —Ты не хотел мне зла,ты даже был предельно честен где-то,ты просто оказался из числалюдей, не выходящих из бюджета.Не обижайся,Я ведь не в укор,ты и такой мне бесконечно дорог.Хорош ли, нет ли —это сущий вздор.Любить так уж любить —без оговорок.Я стала невеселая.Прости.Пуская тебя раскаяние не гложет.

Сама себя попробую спасти,никто другой меня спасти не сможет.Забудь меня.Из памяти сотри.Была — и нет, и крест поставь на этом.А раны заживают изнутри.А я еще поеду к морю летом.Я буду слушать, как идет волна,Как в грохот шум ее перерастает,как, отступая, шелестит она,как будто книгу верности листает.Не помни лихом,не сочти виной,что я когда-то в жизнь твою вторгалась,и не печалься —все мое — со мной.И не сочувствуй — я не торговалась.»

Вероника Тушнова

Под лаской плюшевого пледаВчерашний вызываю сон.Что это было? — Чья победа? —Кто побежден?

Душевного тепла и добрых мыслей

Все передумываю снова,Всем перемучиваюсь вновь.В том, для чего не знаю слова,Была ль любовь?

Кто был охотник? — Кто — добыча?Все дьявольски-наоборот!Что понял, длительно мурлыча,Сибирский кот?

В том поединке своеволийКто, в чьей руке был только мяч?Чье сердце — Ваше ли, мое лиЛетело вскачь?

И все-таки — что ж это было?Чего так хочется и жаль?Так и не знаю: победила ль?Побеждена ль?

Не любила, но плакала. Нет, не любила, но все жеЛишь тебе указала в тени обожаемый лик.Было все в нашем сне на любовь не похоже:Ни причин, ни улик.

Только нам этот образ кивнул из вечернего зала,Только мы — ты и я — принесли ему жалобный стих.Обожания нить нас сильнее связала,Чем влюбленность — других.

Но порыв миновал, и приблизился ласково кто-то,Кто молиться не мог, но любил. Осуждать не спеши!Ты мне памятен будешь, как самая нежная нотаВ пробужденьи души.

В этой грустной душе ты бродил, как в незапертом доме.(В нашем доме, весною…) Забывшей меня не зови!Все минуты свои я тобою наполнила, кромеСамой грустной — любви.

Марина Цветаева

Я помню, любимая, помнюСиянье твоих волос.Не радостно и не легко мнеПокинуть тебя привелось.

Я помню осенние ночи,Березовый шорох теней,Пусть дни тогда были короче,Луна нам светила длинней.Я помню, ты мне говорила:«Пройдут голубые года,И ты позабудешь, мой милый,С другою меня навсегда».Сегодня цветущая липаНапомнила чувствам опять,Как нежно тогда я сыпалЦветы на кудрявую прядь.И сердце, остыть не готовясь,И грустно другую любяКак будто любимую повесть,С другой вспоминаю тебя.

***Шаганэ ты моя, Шаганэ!Потому, что я с севера, что ли,Я готов рассказать тебе поле,Про волнистую рожь при луне.Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Потому, что я с севера, что ли,Что луна там огромней в сто раз,Как бы ни был красив Шираз,Он не лучше рязанских раздолий.Потому, что я с севера, что ли.

Я готов рассказать тебе поле,Эти волосы взял я у ржи,Если хочешь, на палец вяжи —Я нисколько не чувствую боли.Я готов рассказать тебе поле.

Про волнистую рожь при лунеПо кудрям ты моим догадайся.Дорогая, шути, улыбайся,Не буди только память во мнеПро волнистую рожь при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ!Там, на севере, девушка тоже,На тебя она страшно похожа,Может, думает обо мне…Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Сергей Есенин

Жди меня, и я вернусь.Только очень жди,Жди, когда наводят грустьЖелтые дожди,Жди, когда снега метут,Жди, когда жара,Жди, когда других не ждут,Позабыв вчера.Жди, когда из дальних местПисем не придет,Жди, когда уж надоестВсем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,Не желай добраВсем, кто знает наизусть,Что забыть пора.Пусть поверят сын и матьВ то, что нет меня,Пусть друзья устанут ждать,Сядут у огня,Выпьют горькое виноНа помин души…Жди. И с ними заодноВыпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,Всем смертям назло.Кто не ждал меня, тот пустьСкажет: — Повезло.Не понять, не ждавшим им,Как среди огняОжиданием своимТы спасла меня.Как я выжил, будем знатьТолько мы с тобой,-Просто ты умела ждать,Как никто другой.

Константин Симонов

Я хочу быть твоею милой.Я хочу быть твоею силой,свежим ветром,насущным хлебом,над тобою летящим небом.

Если ты собьешься с дороги,брошусь тропкой тебе под ногибез оглядки иди по ней.

Если ты устанешь от жажды,я ручьем обернусь однажды,—подойди, наклонись, испей.

Если ты отдохнуть захочешьпосредине кромешной ночи,все равно —в горах ли, в лесах ли,—встану дымом над кровлей сакли,вспыхну теплым цветком огня,чтобы ты увидал меня.

Всем, что любо тебе на свете,обернуться готова я.Подойди к окну на рассветеи во всем угадай меня.

Это я, вступив в поединокс целым войском сухих травинок,встала лютиком у плетня,чтобы ты пожалел меня.

Это я обернулась птицей,переливчатою синицей,и пою у истока дня,чтобы ты услыхал меня.

Это я в оборотном свистесоловья.Распустились листья,в лепестках — роса.Это — я.

Это — я.Облака над садом…Хорошо тебе?Значит, рядом,над тобою — любовь моя!

Предлагаем ознакомиться  Капуста по гурийски со свеклой - рецепт с фото и видео

Душевные стихи о любви

Я узнала тебя из многих,нераздельны наши дороги,понимаешь, мой человек?Где б ты ни был, меня ты встретишьвсе равно ты меня заметишьи полюбишь меня навек.

Маргарита Алигер

Душевные стихи о маме

Ты жива еще, моя старушка?Жив и я. Привет тебе, привет!Пусть струится над твоей избушкойТот вечерний несказанный свет.

Пишут мне, что ты, тая тревогу,Загрустила шибко обо мне,Что ты часто xодишь на дорогуВ старомодном ветxом шушуне.

И тебе в вечернем синем мракеЧасто видится одно и то ж:Будто кто-то мне в кабацкой дракеСаданул под сердце финский нож.

Ничего, родная! Успокойся.Это только тягостная бредь.Не такой уж горький я пропойца,Чтоб, тебя не видя, умереть.

я по-прежнему такой же нежныйИ мечтаю только лишь о том,Чтоб скорее от тоски мятежнойВоротиться в низенький наш дом.

я вернусь, когда раскинет ветвиПо-весеннему наш белый сад.Только ты меня уж на рассветеНе буди, как восемь лет назад.

Не буди того, что отмечалось,Не волнуй того, что не сбылось,-Слишком раннюю утрату и усталостьИспытать мне в жизни привелось.

Душевные стихи о маме

И молиться не учи меня. Не надо!К старому возврата больше нет.Ты одна мне помощь и отрада,Ты одна мне несказанный свет.

Так забудь же про свою тревогу,Не грусти так шибко обо мне.Не xоди так часто на дорогуВ старомодном ветxом шушуне.

Сергей Есенин

Как много забвением темным

Из сердца навек унеслось!

Печальные губы мы помним

И пышные пряди волос,

Замедленный вздох над тетрадкой

И в ярких рубинах кольцо,

Когда над уютной кроваткой

Твое улыбалось лицо.

Мы помним о раненых птицах

Твою молодую печаль

И капельки слез на ресницах,

Когда умолкала рояль.

В старом вальсе штраусовском впервые

Мы услышали твой тихий зов,

С той поры нам чужды все живые

И отраден беглый бой часов.

Мы, как ты, приветствуем закаты,

Упиваясь близостью конца.

Все, чем в лучший вечер мы богаты,

Нам тобою вложено в сердца.

К детским снам клонясь неутомимо,

(Без тебя лишь месяц в них глядел!)

Ты вела своих малюток мимо

Горькой жизни помыслов и дел.

С ранних лет нам близок, кто печален,

Скучен смех и чужд домашний кров…

Наш корабль не в добрый миг отчален

И плывет по воле всех ветров!

Все бледней лазурный остров — детство,

Мы одни на палубе стоим.

Видно грусть оставила в наследство

Ты, о, мама, девочкам своим!

Мы на даче: за лугом Ока серебрится,

Серебрится, как новый клинок.

Наша мама сегодня царица,

На головке у мамы венок.

Наша мама не любит тяжёлой причёски, —

Только время и шпильки терять!

Тихий лучик упал сквозь берёзки

На одну шелковистую прядь.

В небе облачко плыло и плакало, тая.

Назвала его мама судьбой.

Наша мама теперь золотая,

А венок у неё голубой.

Два веночка на ней, два венка, в самом деле:

Из цветов, а другой из лучей.

Это мы васильковый надели,

А другой, золотистый — ничей.

Скоро вечер: за лесом луна загорится,

На плотах заблестят огоньки…

Наша мама сегодня царица,

На головке у мамы венки.

Марина Цветаева

У меня есть мама на васильковых обоях.

А я гуляю в пестрых павах,

вихрастые ромашки, шагом меряя, мучу.

Заиграет вечер на гобоях ржавых,

подхожу к окошку,

что увижу опять

севшую

на дом

А у мамы больной

пробегают народа шорохи

от кровати до угла пустого.

Мама знает —

это мысли сумасшедшей ворохи

вылезают из-за крыш завода Шустова.

И когда мой лоб, венчанный шляпой фетровой,

окровавит гаснущая рама,

я скажу,

«Мама.

Если станет жалко мне

вазы вашей муки,

сбитой каблуками облачного танца,—

кто же изласкает золотые руки,

вывеской заломленные у витрин Аванцо?..»

Владимир Маяковский

Я помню спальню и лампадку,

Игрушки, теплую кроватку

И милый, кроткий голос твой:

«Ангел-Хранитель над тобой!»

Бывало, раздевает няня

И полушепотом бранит,

А сладкий сон, глаза туманя,

К её плечу меня клонит.

Ты перекрестишь, поцелуешь,

Напомнишь мне, что Он со мной,

И верой в счастье очаруешь.

Я помню, помню голос твой!

Я помню ночь, тепло кроватки,

Лампадку в сумерки угла

И тени от цепей лампадки.

Не ты ли ангелом была?

Иван Бунин

Душевные стихи о детях

О грезах юности томим воспоминаньем,С отрадой тайною и тайным содроганьем,Прекрасное дитя, я на тебя смотрю…О, если б знало ты, как я тебя люблю!Как милы мне твои улыбки молодые,И быстрые глаза, и кудри золотые,И звонкий голосок!— Не правда ль, говорят,Ты на нее похож?— Увы! года летят;Страдания ее до срока изменили,Но верные мечты тот образ сохранилиВ груди моей; тот взор, исполненный огня,Всегда со мной. А ты, ты любишь ли меня?Не скучны ли тебе непрошенные ласки?

Ребенка милого рожденьеПриветствует мой запоздалый стих.Да будет с ним благословеньеВсех ангелов небесных и земных!Да будет он отца достоин,Как мать его, прекрасен и любим;Да будет дух его спокоенИ в правде тверд, как божий херувим.Пускай не знает он до срокаНи мук любви, ни славы жадных дум;Пускай глядит он без упрекаНа ложный блеск и ложный мира шум;Пускай не ищет он причиныЧужим страстям и радостям своим,И выйдет он из светской тиныДушою бел и сердцем невредим!

Предлагаем ознакомиться  Салаты с картофелем и говядиной, 24 пошаговых рецепта с фото на сайте «Еда»

Михаил Лермонтов

Есть тихие дети. Дремать на плечеУ ласковой мамы им сладко и днем.Их слабые ручки не рвутся к свече, —Они не играют с огнем.

Есть дети — как искры: им пламя сродни.Напрасно их учат: «Ведь жжется, не тронь!»Они своенравны (ведь искры они!)И смело хватают огонь.

Есть странные дети: в них дерзость и страх.Крестом потихоньку себя осеня,Подходят, не смеют, бледнеют в слезахИ плача бегут от огня.

Дети — это взгляды глазок боязливых,Ножек шаловливых по паркету стук,Дети — это солнце в пасмурных мотивах,Целый мир гипотез радостных наук.

Вечный беспорядок в золоте колечек,Ласковых словечек шепот в полусне,Мирные картинки птичек и овечек,Что в уютной детской дремлют на стене.

Дети — это вечер, вечер на диване,Сквозь окно, в тумане, блестки фонарей,Мерный голос сказки о царе Салтане,О русалках-сестрах сказочных морей.

Марина Цветаева

Если был бы я девчонкой —Я бы время не терял!Я б на улице не прыгал,Я б рубашки постирал,

Я бы вымыл в кухне пол,Я бы в комнате подмёл,Перемыл бы чашки, ложки,Сам начистил бы картошки,

Все свои игрушки самЯ б расставил по местам!Отчего я не девчонка?Я бы маме так помог!

Мама сразу бы сказала:«Молодчина ты, сынок!»

Эдуард Успенский

Известные душевные стихи

В уютном уголке сидели мы вдвоем,В открытое окно впивались наши очи,И, напрягая слух, в безмолвии ночномЧего-то ждали мы от этой тихой ночи.

Звон колокольчика нам чудился порой,Пугал нас лай собак, тревожил листьев шорох…О, сколько нежности и жалости немой,Не тратя лишних слов, читали мы во взорах!

И сколько, сколько раз, сквозь сумрак новых лет,Светиться будет мне тот уголок уютный,И ночи тишина, и яркий лампы свет,И сердца чуткого обман ежеминутный!

Алексей Апухтин

Что из того, что ты уже любила,Кому-то, вспыхнув, отворяла дверь.Все это до меня когда-то было,Когда-то было в прошлом, не теперь.

Мы словно жизнью зажили второю,Вторым дыханьем, песнею второй.Ты счастлива, тебе светло со мною,Как мне тепло и радостно с тобой.

Но почему же все-таки бывает,Что незаметно, изредка, тайкомВдруг словно тень на сердце набегаетИ остро-остро колет холодком…

О нет, я превосходно понимаю,Что ты со мною встретилась, любя.И все-таки я где-то ощущаю,Что, может быть, порою открываюТо, что уже открыто для тебя.

То вдруг умело галстук мне завяжешь,Уверенной ли шуткой рассмешишь.Намеком ли без слов о чем-то скажешьИль кулинарным чудом удивишь.

Да, это мне и дорого и мило,И все-таки покажется порой,Что все это уже, наверно, было,Почти вот так же, только не со мной,

А как душа порой кричать готова,Когда в минуту ласки, как во сне,Ты вдруг шепнешь мне трепетное слово,Которое лишь мне, быть может, ново,Но прежде было сказано не мне.

Вот так же точно, может быть, пороюНет-нет и твой вдруг потемнеет взгляд,Хоть ясно, что и я перед тобоюНи в чем былом отнюдь не виноват.

Когда любовь врывается втораяВ наш мир, горя, кружа и торопя,Мы в ней не только радость открываем,Мы все-таки в ней что-то повторяем,Порой скрывая это от себя.

И даже говорим себе нередко,Что первая была не так сильна,И зелена, как тоненькая ветка,И чуть наивна, и чуть-чуть смешна.

И целый век себе не признаемся,Что, повстречавшись с новою, другой,Какой-то частью все же остаемсяС ней, самой первой, чистой и смешной!

Двух равных песен в мире не бывает,И сколько б звезд ни поманило вновь,Но лишь одна волшебством обладает.И, как ни хороша порой вторая,Все ж берегите первую любовь!

Эдуард Асадов

И дни и ночи до утра

В степи бураны бушевали,

И вошки снегом заметали,

И заносили хутора.

Они врывались в мертвый дом —

И стекла в рамах дребезжали,

И снег сухой в старинной зале

Кружился в сумраке ночном.

Но был огонь — не угасая,

Светил в пристройке по ночам,

И мать всю ночь ходила там,

Глаз до рассвета не смыкая.

Она мерцавшую свечу

Старинной книгой заслонила

И, положив дитя к плечу,

Все напевала и ходила…

И ночь тянулась без конца…

Порой, дремотой обвевая,

Шумела тише вьюга злая,

Шуршала снегом у крыльца.

Когда ж буран в порыве диком

Внезапным шквалом налетал,

Казалось ей, что дом дрожал,

Что кто-то слабым, дальним криком

В степи на помощь призывал.

И до утра не раз слезами

Не усталый взор блестел,

И мальчик вздрагивал, глядел

Большими томными глазами…

Иван Бунин

Сколько раз я мечталав долгой жизни своейпостоять, как бывало,возле этих дверей.В эти стены вглядеться,в этот тополь сухой,отыскать свое детствоза чердачной стрехой.Но стою и не верюмноголетней мечте:просто двери как двери.Неужели же те?Просто чье-то жилище,старый розовый дом.Больше, лучше и чището, что знаю о нем.

Предлагаем ознакомиться  Декоративные деревья и кусты для дизайна сада

Открываю томик одинокий —
томик в переплёте полинялом.
Человек писал вот эти строки.
Я не знаю, для кого писал он.

Пусть он думал и любил иначе
и в столетьях мы не повстречались…
Если я от этих строчек плачу,
значит, мне они предназначались.

Вероника Тушнова

Какая грусть! Конец аллеи
Опять с утра исчез в пыли,
Опять серебряные змеи
Через сугробы поползли.

На небе ни клочка лазури,
В степи все гладко, все бело,
Один лишь ворон против бури
Крылами машет тяжело.

И на душе не рассветает,
В ней тот же холод, что кругом,
Лениво дума засыпает
Над умирающим трудом.

А все надежда в сердце тлеет,
Что, может быть, хоть невзначай,
Опять душа помолодеет,
Опять родной увидит край,

Где бури пролетают мимо,
Где дума страстная чиста,-
И посвященным только зримо
Цветет весна и красота.

Афанасий Фет

Душевные стихи современных авторов

дед владимир
вынимается из заполярных льдов,
из-под вертолётных винтов

и встает у нашего дома, вся в инее голова
и не мнётся под ним трава.

дед николай
выбирается где-то возле реки москвы
из-под новодевичьей тишины и палой листвы

и встает у нашего дома, старик в свои сорок три
и прозрачный внутри.

и никто из нас не выходит им открывать,
но они обступают маленькую кровать

и фарфорового, стараясь дышать ровней,
дорогого младенца в ней.

— да, твоя порода, володя, —
смеется дед николай. —
мы все были чернее воронова крыла.

дед владимир кивает из темноты:
— а курносый, как ты.

едет синяя на потолок от фар осторожная полоса.
мы спим рядом и слышим тихие голоса.

— ямки веркины при улыбке, едва видны.
— или гали, твоей жены.

и стоят, и не отнимают от изголовья тяжелых рук.
— представляешь, володя? внук.

мальчик всхлипывает, я его укладываю опять,
и никто из нас не выходит их провожать.

дед владимир, дед николай обнимаются и расходятся у ворот.
— никаких безотцовщин на этот раз.
— никаких сирот.

***

а мы жили тогда легко: серебро и мёд
летнего заката не гасли ночь напролёт
и река стояла до крестовины окон
мы спускались, где звёзды, и ступни купали в них
и под нами берег как будто ткался из шерстяных
и льняных волокон

это был городок без века, с простым лицом,
и приезжие в чай с душицей и чабрецом
добавляли варенья яркого, занедужив;
покупали посуду в лавках, тесьму и бязь
а машины и лодки гнили, на швы дробясь
острых ржавых кружев

вы любили глядеть на баржи из-под руки,
раздавали соседским мальчикам пятаки:
и они обнимали вас, жившие небогато.
и вы были другой, немыслимо молодой,
и глаза у вас были — сумерки над водой,
синего агата.

это был июнь, земляника, копчёный лещ,
вы носили, словно царевич, любую вещь
и три дома лишили воли, едва приехав
— тоня говорит, вы женаты? — страшная клевета!
а кругом лежал очарованный левитан,
бесконечный чехов

лестницы, полы в моей комнате, сени, крыльцо, причал —
всюду шаг ваш так весело и хорошо звучал,
словно мы не расцепим пальцев, не сгинем в дыме,
словно я вам еще читаю про древний рим
словно мы еще где-то снова поговорим,
не умрем молодыми

кажется, мы и теперь глядим, как студеной мглы
набирают тропинки, впадины и углы,
тень пропитывает леса и дома, как влага.
черные на фоне воды, мы сидим вдвоём
а над нами мёд, серебро и жемчуг на окоем,
жатая бумага.

уезжайте в августе, свет мой, новый учебный год
дайте произойти всему, что произойдет, —
а не уцелеет ни платья, ни утвари, ни комода,
наша набережная кончится и гора, —
вы пребудете воплощением серебра,
серебра и мёда.

Вера Полозкова

Дедушка!Ты гдедушка?Потерялся, что ли, ты?!Я ищу тебя,Грущу!Вижу — грядкиПолиты.

Куча мяты на столе,Куры просятХлебушка.Как-то скучно на ЗемлеБез тебя,Нигдедушка!

Вдругменясо всех сторонОбнимают, грустную!Это дед!Вручает онМне малину вкусную.

Нас опять на свете двое!Я домой его тащу:Больше деда одного яНикудаНе отпущу.

Луговые травы!Травы,Вы не правы.Зачем вы увядаетеИ землюПокидаете?Вообще-то,Этот лугБыл мойСамыйЛучший друг:Он звенел,Он вздыхал,Он цветами полыхал.Я любил лежатьВ травеС облаками в голове,Я любил бежать навстречуСамолетной синеве.А сегодня выпал снегТам,Где звонкоПел кузнечик.Я печальный человечек,Я печальный человек.

Мария Рупасова

Я стою — заброшенная, зяблаясредь пустых домов как средь могилу калитки распустилась яблонядед ее когда-то посадил

ржавчина легла на крышу пятнамидвадцать лет никто не красил тутдеда, знай — посаженные яблонивсе равно однажды расцветут

даже если дачу твою продалидаже если сам уже в земленад погостами и огородамивстанут яблони как памятник тебе

я бы объяснила и понятнееесли б ты меня услышать мог…у калитки выросшая яблоняплачет: «дедушка» и дергает замок

Дана Курская

Оцените статью
Садоводство
Adblock detector